Бравый капитан «Титаника» Эдвард Смит. Бездействовал ли он во время катастрофы?

27 января 1850 года родился один из самых известных капитанов не только своего времени, но и всей морской истории – капитан «Титаника» Эдвард Джон Смит. Он успешно командовал множеством судов «Уайт Стар Лайн», успел стать фаворитом среди пассажиров, но его рейс на «Титанике» стал для него последним – и с тех пор его фигура обросла множеством мифов и заблуждений.

Должен ли был рейс на «Титанике» стать его последним? Гнал ли он огромный лайнер вопреки всем предупреждениям? И главное – действительно ли капитан Смит бездействовал и был растерян во время крушения? Обо всем этом мы постарались подробно рассказать в материале, который, как мы надеемся, развеет многие устоявшиеся заблуждения об этом человеке.


Будущий капитан трансатлантических гигантов родился в 1850 году в стаффордширском гончарном городе Хенли. До двенадцати лет Смит посещал методистскую школу, после чего устроился на работу в кузницу «Этрурия», где надолго не задержался — в восемнадцать лет он сбежал в Ливерпуль, где впервые связал свою жизнь с морем. В 1868 году Смит нанялся юнгой на парусный клипер «Сенатор Вебер» компании «A. Gibson & Co» и уже через 7 лет смог получить сертификат капитана. Дальше его карьера развивалась стремительно – сначала поступление в «Уайт Стар Лайн» в 1880 году, хороший послужной список в качестве помощника капитана, и уже в 1887 году Смит получает в свое командование первое судно – лайнер «Селтик». К 1912 году Смит успел «порулить» многими судами «УСЛ», многие из которых были флагманами на момент спуска, среди них первый «Репаблик», «Маджестик», «Балтик», «Адриатик» и «Олимпик».

5O7HI08kTdA
Капитан Смит на борту «Адриатика», которым он командовал с 1907 года (с) titaniccollector 

Коллеги уважали Смита не только за его профессионализм, но и за личностные качества – он никогда не позволял себе грубить подчиненным или сурово наказывать их за провинности. Чарльз Лайтоллер в своей автобиографической книге ярко обрисовал образ капитана «Титаника»:

«Между собой в непринужденной обстановке офицерский состав называл его просто и лаконично – «Эй Джей». Капитана Смита можно назвать выдающейся личностью: высокий, широкоплечий и с бородой – с первого взгляда в этом образе читаются черты типичного морского капитана. Многие незнакомые с ним лично представляют энергичного добродушного командира, отдающего приказы низким голосом, словно у туманного горна. На самом деле он обладал тихим приятным голосом и неизменной легкой улыбкой. Редко он повышал тон голоса выше обычного разговорного, но нельзя сказать, что он не умел этого делать. Порой ему приходилось сурово выкрикивать приказы, стимулирующие команду на немедленное их выполнение.

Мне посчастливилось работать с ним на почтовых пароходах. Мы все учились у него – перенимали накопленный годами опыт, наблюдая за мастерством маневрирования судном на полном ходу по сложным каналам вблизи нью-йоркского порта. Нас переполняло чувство гордости за него, когда нашему капитану удавалось с безукоризненной точностью, оценив расстояние и возможные риски, мастерски обогнуть опасный участок Юго-Западной отмели. Смит по праву заслужил статус фаворита среди других капитанов океанских лайнеров, и любой офицер почитал за честь работать с ним в одной команде».

На «Титанике»

3 апреля 1912 года, сойдя с прибывшего в Саутгемптон «Олимпика», капитан Смит перенял у капитана Герберта Хэддока командование над новеньким «Титаником». Вероятнее всего, Смит рассчитывал, что этот рейс станет для него последним в качестве капитана, после чего он планировал уйти на заслуженную пенсию – так он говорил своим родным и друзьям, хотя в «Уайт Стар Лайн» данную информацию отрицали (они говорили, что Смит должен был остаться до момента ввода в строй «еще большего судна компании»).

IMG_0064

Одна из нескольких заметок о планах капитана Смита уйти на пенсию после рейса на «Титанике».
New York Courier of April 17, 1912.(Don Lynch Collection).

79538434_10221614895941312_5370952540332490752_n

Заметка о заявлении «Уайт Стар Лайн» о том, что Смит планирует остаться в компании до ввода следующего флагмана. компании. New York Herald, 11th April 1912 (Don Lynch Collection).

«Титаник» был Смиту знаком – уже долгие месяцы он командовал старшим судном класса «Олимпиком», поэтому никаких сюрпризов от флагмана Смит не ожидал. 10 апреля в 7 утра капитан вышел из отеля, сел в такси и направился к Саутгемптонским докам, а уже в 8 утра командовал общим построением команды на верхней палубе.

RXvPIqBag9g
Смит проводит утреннее построение на борту «Адриатика»

В 12:15 раздался протяжный гудок, и «Титаник» под командованием Смита начал свой рейс. Но не прошло и пары минут, как Смиту пришлось проявить свое мастерство, о котором рассказывал Лайтоллер – когда столкновение с пришвартованным «Нью-Йорком» казалось неизбежным, капитан, вопреки процедуре, выхватил управление у лоцмана Джорджа Боуэра, который в тот момент формально управлял судном, и смог предотвратить аварию. Смит прекрасно помнил, что в октябре 1911 он положился на опыт Боуэра, и в результате «Олимпик» столкнулся с «Хоуком», поэтому повторения подобной ситуации он больше не хотел.

Выведя «Титаник» в открытый океан, Смит вел лайнер привычной уверенной рукой. Рутина была отработанной, экипаж – опытным, и «Титаник» день за днем лишь наращивал скорость и мощность своих двигателей. Уже с 12 апреля поступают первые сообщения о льдах, но они не были чем-то необычным – такие в апреле каждое из судов на трансатлантическом маршруте получало регулярно и много, однако на привычный ход рейса они не влияли. Практика, выработанная годами и подтвердившая свою эффективность, была стандартной — пока погода ясная и чистая, незачем снижать скорость, ведь потенциальное препятствие будет замечено при такой видимости еще за километры. Смит, чьи годы прошли как раз в ходы становления этой практики, в этом плане ничем не отличался от других капитанов и лишь время от времени сверял, насколько ледовое поле приближается к «Титанику».

_Wz_qd4t5Gc
Казначей Хью МакЭлрой и капитан Смит на борту «Титаника» 11 апреля 1912 (с) Thomas Barker 

В ходе рейса Смит не только командовал судном, но и исполнял обязанности «светского» капитана: пассажирам было приятно, когда главный человек на судне одаривал их своих вниманием или принимал приглашение отобедать за столиком в обеденном зале. Вечером 14 апреля в честь Смита состоялся настоящий званый ужин – чета Уайденеров в ресторане А ля Карт собрала почти все «сливки общества» первого класса «Титаника» за одним столом, и весь вечер из их уст в сторону капитана звучали торжественные и чествующие тосты. До конца вечера Смит остаться не мог – он помнил, что «Титаник» вскоре должен был войти в зону льдов, поэтому извинился и удалился на мостик.

На мостике его поприветствовал находившийся на вахте Чарльз Лайтоллер. Смит обменялся со своими помощником соображениями о погодных условиях, в которых они оказались, а также обсудили, как далеко в такую ночь можно заметить айсберг. Оба пришли к выводу, что заметить его можно «достаточно далеко», учитывая, что в такую звездную ночь свет должен хорошо отражаться даже с граней «синего» айсберга, недавно перевернувшегося. После этого Смит произнес фразу: «Если что-нибудь вызовет малейшие сомнения, сразу зовите меня. Я буду внутри», и направился в свою каюту.

В момент столкновения Смит еще не ложился – на мостике он появился одетым практически сразу после того, как почувствовал, что корпус вверенного ему лайнера вдруг задрожал. Войдя на мостик, Смит сразу взял ситуацию в свои руки.

Бездействовал ли капитан Смит во время эвакуации? 

Мнение, что Смит во время эвакуации «бездействовал», «находился в прострации» или даже вдруг лишился рассудка и оказался неспособным контролировать ситуацию, можно назвать максимально далеким от реальности.

Оказавшись на мостике после столкновения, Смит предпринял следующие действия, выполненные словно по учебнику для морских капитанов:

1. Удостоверился, что все водонепроницаемые двери закрыты.
2. Проследил, чтобы судно остановилось как можно скорее.
3. Провел инспекцию поврежденных отсеков.
4. Подал сигнал о помощи еще до того, как стали известны реальные масштабы повреждений судна.
5. Приказал команде подняться на палубы и приготовиться к спуску шлюпок.
6. Убедился, что в машинном отделении в курсе ситуации и приказал главному механику ожидать дальнейший распоряжений.

Капитан Смит, как и полагается хорошему капитану, не стремился, да и не должен был лично выполнять все распоряжения – для этого у него была обученная команда, которая обладала должным опытом и была обязана исполнять возложенные капитаном задачи. Более того, распространенное и подкрепленное многочисленными художественными фильмами представление о том, что капитан во время происшествия должен активно находиться в центре событий, раздавая налево и направо команды и постоянно что-то делая, является далеким от реального положения дел на судах. Капитан не должен сам бегать по палубе, выкрикивая приказы своим офицерам – если он так делает, то это низкоквалифицированный капитан. Ему необходимо наблюдать за всей картиной как на палубах, так и внутри судна, находясь в стороне, чтобы иметь возможность взвешенно и спокойно принимать решения и координировать действия своих помощников. Бегающий же в панике среди всех капитан не только не принесет пользы всей ситуации, но еще и ввергнет в панику пассажиров, которые, завидев такого капитана, поймут, что все очень и очень плохо.

Так себя капитан поведет уже тогда, когда все команды розданы, система спасения налажена, и остается лишь наблюдать за эвакуацией, но до этого капитан должен стать главным центром принятия решения, на котором замыкаются все ключевые задачи и который должен в кратчайшие сроки учесть абсолютно все. От этого зависит спасение судна, а если оно обречено — спасение находящихся на нем людей. Смит стал именно таким человеком — в первый час после столкновения нельзя было найти более активного человека, чем капитан:

23:41 Понимая, что остановка двигателей и дрожь от столкновения может всполошить пассажиров, Смит отдает приказ возобновить движение на малом ходу, продолжающееся около 5 минут, после чего отдает приказ об окончательной остановке двигателей.
23:42 Смит дает распоряжение 4-му помощнику Джозефу Боксхоллу отправиться на нижние палубы и изучить возможные повреждения.
23:50 Боксхолл возвращается и сообщает об отсутствии каких-либо повреждений. Этот ответ не устраивает Смита, и он приказывает Боксхоллу отыскать плотника и вновь отправиться вниз. По пути вниз Боксхолл встречает плотника, который сообщает Смиту о поступающей воде.
23:50 Услышав отчет плотника, капитан Смит решает самостоятельно отправиться вниз совместно с конструктором Томасом Эндрюсом и главным механиком Джозефом Беллом.
23:57 Смит возвращается наверх со стороны машинного отделения и отдает приказ расчехлять шлюпки.
0:05 Боксхолл возвращается после повторного изучения судна и сообщает о поступающей воде в почтовое отделение. Смит по Парадной лестнице спускается на нижние палубы, чтобы оценить масштабы повреждений. Множество пассажиров провожают Смита заинтересованными взглядами. 

FLIAvjWm6cEКапитан Смит спускается в почтовое отделение, где клерки вытаскивают мокрые мешки с почтой с палубы ниже.

0:10 На нижних палубах Смит убеждается, что повреждения действительно фатальные. Эндрюс сообщает, что судно продержится на плаву от часа до полутора часов.
0:12 Капитан Смит возвращается на мостик и отдает приказ вываливать шлюпки за борт, созвать людей на шлюпочную палубу и заставить их надеть спасательные жилеты.
0:15 Сразу после этого он направляется в радиорубку, где приказывает радистам быть готовыми к отправке сигнала бедствия.
0:25 На палубе Смит дает распоряжение начать сажать в шлюпки женщин и детей.
0:25 Направляется в радиорубку и дает распоряжение отправить сигнал бедствия CQD.
0:27 Смит приказывает Боксхоллу, который пришел на мостик сообщить об огнях на горизонте, высчитать верные координаты местоположения «Титаника».
0:35 Боксхолл приносит новые координаты капитану, тот приказывает отнести их в радиорубку.
0:42 Радист Гарольд Брайд направляется к капитану, чтобы сообщить о том, что «Франкфурт» откликнулся на помощь и обнаруживает капитана на шлюпочной палубе, где тот контролирует процесс загрузки и спуска шлюпок. Капитан просит узнать, как далеко находится «Франкфурт».
0:49 Брайд вновь направляется к капитану с сообщением, что «Карпатия» также идет на помощь. После этого Смит направляется в радиорубку вместе с Брайдом.
0:55 Филлипс в радиорубке сообщает капитану, что из-за стравливаемого пара очень плохо слышит принимаемые сообщения. Смит приказывает прекратить стравливание (перенаправить излишний пар). Шум прекращается.
0:57 Смит приказывает Боксхоллу, сообщившему о судне на горизонте, начать запуск сигнальных ракет, а также попробовать связаться с судном на горизонте лампой Морзе. 

И это только в первый час и двадцать минут после столкновения. Не слишком ли активно для «слабого и растерявшегося» капитана, потерявшего контроль над ситуацией и пустившего все на самотек? Стоит отметить, что в данном таймлайне отображены только те действия капитана, о которых известно из уст спасшихся. Но о каких приказах и важных решениях, принятых им, мы так никогда и не узнаем?

В дальнейшем информации о действиях и активности Смита известно меньше, их уже нельзя расписать поминутно, и этому есть объяснение – к тому времени каждый из ответственных лиц, согласно приказаниям капитана, был занят собственными задачами — подготовкой и спуском шлюпок, отправкой сообщений и пуском ракет, работой с насосами и так далее. Сам Смит предпринял все требующиеся от него действия, и ему оставалось лишь наблюдать и координировать работу команды. Однако даже с учетом этого капитан не просто стоял в стороне, ожидая своей участи, а продолжал держать контроль над ситуацией. Он регулярно присутствовал в рубке, узнавая последние сообщения от близлежащих судов и направляя собственные сообщения другим капитанам. Понимая, что ситуация может обернуться всеобщей паникой, Смит отдает распоряжение казначею направить оркестр на шлюпочную палубу – и впоследствии героизм оркестрантов войдет в историю.

Наконец, капитан сам принимал активное участие в спуске шлюпок – известно, что он лично контролировал процесс загрузки и спуска шлюпок №8 в 1:00 и №2 в 1:45, дал смазчику Сэмюэлю Хэммингу распоряжение проследить за наличием всех необходимых запасов и ламп в шлюпках, и самое главное – собственноручно усаживал пассажиров в шлюпки. Во многом из-за негативного воздействия массовой культуры Смит во время эвакуации представляется человеком, большую часть либо молчащим, либо что-то бурчащим себе под нос, не обращающим никакого внимания на пассажиров, которые вверили ему свою жизнь. Вновь, нет ничего более далекого от правды.

Капитан Смит был безмерно уважаемым среди пассажиров и имел непререкаемый авторитет. Смит это прекрасно знал и максимально использовал это преимущество во время эвакуации.

C1MGYHoJFQY

Портрет капитана Смита в самом расцвете капитанских сил в фирменной форме «Уайт Стар Лайн»
(С) UMassArmherst

Пока его офицеры занимались спуском шлюпок снаружи палубы, Смит не терял времени и сам подходил к пассажирам, многие из которых до сих пор предпочитали теплые помещения Парадной лестницы или гостиной, приглашая их сесть в шлюпки. Арчибальд Грейси вспоминает, как во время спуска шлюпки №4 Смит громко попросил всех стоящих неподалеку:

«Прошу всех пассажиров перейти на палубу А, так как мы хотим загружать пассажиров с палубы А!».

Но если кто-то не откликался на его призыв, обычно это были небольшие компании знакомых друг с другом пассажиров, то Смит сам подходил к ним и просил персонально. Пассажирка Берта Чамберс, только поднявшаяся на Шлюпочную палубу и не услышавшая изначальную просьбу Смита, вспоминает слова капитана, подошедшего к ней и ее собеседницам:

«Дорогие дамы, если вы спуститесь на палубу А, думаю, вам будет проще».

Понимая, что судно тонет, Смит не желал излишне распространять это понимание среди пассажиров. Однако когда речь заходила о том, стоит ли вообще садиться в шлюпки, Смит был аккуратен в своих словах и опасений не скрывал. Подобное случилось во время разговора межу капитаном и Джоном Астором, о чем рассказывал пассажир Исаак Фрауенталь:

Полковник Астор спросил: «Капитан, моя жена не очень хорошо себя чувствует. Она уже легла в кровать, и я не хочу поднимать ее, если в этом нет лишней необходимости. Ситуация серьезная?»

На что Смит сдержанно ответил: «Полковник Астор, вам лучше привести вашу жену сюда. Боюсь, что нам придется сажать пассажиров в шлюпки».

Однако в большинстве случаев Смит старался не создавать излишнего волнения, особенно среди дам. Графиня Ротес и ее подруга Глэдис Черри говорили, что когда они стояли на палубе, Смит подошел к ним и тихим голосом человека, которого ты словно знаешь всю жизнь, сказал:

«Дамы, я бы не хотел никого пугать, но не могли бы вы никого не беспокоя вернуться в каюту, надеть жилеты и подняться на шлюпочную палубу?»

Дамы беспрекословно и с полным спокойствием сделали то, что попросил их капитан.

Уверенность, что с судном ничего страшного не произошло, поддерживалась среди пассажиров главным образом благодаря спокойствию, которое внушало постоянное присутствие главного человека на судне – капитана Смита. Не будь этой уверенности, неизвестно, сколько еще людей могли стать жертвой внезапно разразившейся паники.

Судьба капитана Смита 

О последних минутах капитана Смита известно не так много, но наверняка можно отметить следующее – он старался до самого последнего момента контролировать ситуацию и спуск шлюпок, оставаясь на виду у очевидцев. Он не пошел в рубку, не заперся там и не стал ждать, пока вода эффектно ворвётся через окна и затопит его – свидетельские показания это опровергают.

Смазчик Хэмминг находился в районе складной шлюпки А, помогая установить тали, когда услышал, возможно, последний приказ Смита:

«На крыше офицерских кают я упорно помогал шестому помощнику Муди подготовить к спуску парусиновую лодку, которая, казалось, безнадежно запуталась в талях. Когда мне в конце концов удалось отрегулировать тали, я передал блок офицеру Муди, но тот мне крикнул в ответ: «Тали не пригодятся, мы оставим шлюпку на палубе». Мысленно я решил, что предложенный офицером способ безуспешен, и направился в сторону капитанского мостика, который черная морская вода уже начала постепенно заливать. В этот момент я увидел капитана Смита с мегафоном в руках, отдающего, вероятно, свой последний приказ: «Переместитесь на сторону правого борта, чтобы судно как можно дольше держалось на плаву!»

В последние минуты до того, как палуба ушла под воду, стюард Сесил Фицпатрик одним из немногих видел Смита беседующим с Эндрюсом на мостике:

«Я направился в сторону левого борта, проходя мимо капитанского мостика. Тогда я заметил капитана Смита, рядом с ним стоял главный конструктор «Титаника» — Томас Эндрюс, они беседовали. Я по-прежнему слепо верил, что судно непотопляемо, но услышал слова капитана: «время вышло, здесь нельзя оставаться, лайнер тонет». Я чуть не упал в обморок из-за этих слов. Когда я пришёл в себя, то мгновенно сообразил, что у меня есть единственный спасительный выход – найти и уцепиться за место в последних складных шлюпках. Я переместился на правый борт, где не жалея сил помогал подцепить парусиновую лодку A на шлюпбалки, но внезапно «Титаник» дернулся вперёд, и нас накрыла большая волна. Через минуту я заметил, что всех моих помощников смыло — я остался один, потому как мне удалось ухватиться за шлюпбалку».

Скорее всего, Смит был смыт с тонущего «Титаника» этой волной вместе с множеством других людей, начавших бороться за свою жизнь.  Далее о судьбе капитана трудно утверждать что-либо определенно, некоторые спасшиеся впоследствии говорили, что видели Смита в воде — по их словам, Смит мог цепляться за складную перевернувшуюся шлюпку В. Возможно, Смит действительно некоторое врем пытался продержаться рядом со шлюпкой, однако попыток взобраться на нее не предпринимал — сил оставаться в сознании в ледяной воде для бравого, но уже истощенного 62-летнего капитана практически не оставалось. Кочегар Уолтер Хёрст всю свою жизнь впоследствии говорил, что он точно видел, как Смит находился рядом со шлюпкой В – он знал капитана в лицо. Когда «Титаник» уже пошел ко дну, и Херст попытался помочь человеку, который, как он утверждал, был капитаном, оказалось, что тот уже замерз и более не подавал признаков жизни.

P2N52Dmc_Kc«Капитан Смит спасает ребенка» на складной шлюпке, оригинальная открытка 1912 года, созданная на основе показаний некоторых из спасшихся

О судьбе капитана Смита можно наверняка утверждать лишь одно – этот человек оставался на своем судне до последнего, полностью исполнив свой долг капитана. Он не спрятался от опасности, когда айсберг нанес фатальные повреждения «Титанику», он не бездействовал и уж точно не пустил ситуацию на самотек. Капитан Смит в течение всей разворачивавшейся катастрофы присутствовал в самой ее гуще, стараясь контролировать всю свою команду, чтобы обеспечить безопасный спуск пассажиров, которых он сам активно приглашал в шлюпки. Контроль над сложнейшей системой с 2200 людьми на борту под названием «пассажирский лайнер», который на твоих глазах погибает – испытание, пройти которое, как показывает история, дано далеко не каждому капитану. По мере своих сил и возможностей, Смит это испытание прошел.


Литература:

  • «On a Sea of Glass:  The Life & Loss of the RMS Titanic», Билл Вормстедт, Тэд Фитч и Джон Кент Лэйтон (Amberley Publishing, 2011)
  • «Report Into the Loss of the SS Titanic: A Centennial Reappraisal», Samuel Halpern, George Behe, Mark Chirnside, Bruce Beveridge, Cathy Akers-Jordan (History Press Limited, 2011)
  • titanicinquiry.org
  • encyclopedia-titanic.org

Максим Полищук для Историко-Исследовательского Сообщества Титаника